Джанни Версаче. То вверх, то вниз Часть 4

Джанни Версаче. То вверх, то вниз Часть 4

Джанни Версаче.  То вверх, то вниз Часть 4
Программа праздника включала большой прием на двести приглашенных, ужин в «Trocadero» среди молодежи, затем ночная дискотека. Джанни, не привыкший ложиться поздно, сбежал с дискотеки, Донателла же оставалась на танцевальной площадке до самого утра. На следующий день Джанни вернулся в Милан, чтобы провести выходные на своей обожаемой вилле на озере Комо. Пятого мая Версаче вылетел в Берлин, где открыл новый бутик на самой элегантной улице города, Курфюрстендам (Германия была вторым по величине рынком сбыта товаров его фирмы после Италии). Переделкой здания для магазина, как всегда, занимались Рокко Маньоли и Лоренцо Кармелини; трехэтажный особняк площадью 600 кв. метров был отделан лепниной, пилястрами, голубыми и розовыми, пластинами из золота. Там разместился целый мир Версаче, от мужских и женских коллекций прет- а-порте до коллекций предметов для дома. В это же время Санто Версаче вел деловые переговоры с банками, и в конце июля он, рассчитывая, что год сложится для фирмы удачно, поручил международному торговому банку разместить акции фирмы Версаче на Уолл-стрит. «Мы собираемся вложить двадцать процентов акций компании, — заявляет он. — И ставим своей целью удвоить оборот сделок к тысяча девятьсот девяносто седьмому году». Вступление на Уолл-стрит несомненно должно послужить толчком к увеличению продаж в Северной Америке, регионе, представляющем сегодня 18 процентов объема продаж дома Версаче (второе место после Европы и Италии, на которые приходится 36 и 23 процента соответственно, и опережающая позиция по сравнению с Японией, у которой 9 процентов). Естественно, настроения в доме Версаче царили самые радужные. В интервью с Джакарандой Фальк для журнала «Espresso» Джанни так отвечал на вопрос о секрете процветания фирмы: «Нужно делать такую одежду, которую людям хочется покупать. Это кажется банальным, но это так. Модельеры в большинстве своем живут в башне из слоновой кости. Я же, наоборот, со своего наблюдательного пункта внимательно слежу за тем, что делается в мире. Хороший портной должен уметь отразить время, в которое он живет. Я пытаюсь вжиться в роль современной женщины. Я работаю, я постоянно нахожусь в потоке, который то поднимает, то опускает меня, — я имею в виду, что живу сегодняшней жизнью. И потому, мне кажется, понимаю, чего хотят мои клиенты. Я — единственный модельер, который путешествует дальше коврика у своей кровати». Обладая прекрасным чувством юмора («он способен также, — по словам Франки Соццани, — смеяться и над собой»), Джанни закончил интервью репликой, которую стоит воспроизвести. Фальк спросила его, согласен ли он с Кельвином Кляйном, заявившим, что будущее моды — это реальная одежда для реальных людей. И Версаче ответил: «Макс Мара из Реджо-Эмилия делает это с пятидесятых годов, предлагая продукцию куда более высокого качества, чем та, что выпускает синьор Кельвин Кляйн. Если в моей работе и есть какой-то смысл, то это поиск прекрасного. Мода выживет, только если она будет стремиться за пределы реальности. Из всех моих платьев лучше всего продается самое необычное, то, про которое говорили, что его нельзя носить, — короткое платье в стиле панк, с дырками, скрепленное булавками. Кляйн? Это не более чем изобретение фотографа Брюса Вебера: пара-другая прелестных женских трусиков, которые обессмертил великий фотограф». (Продолжение следует)