Джанни Версаче. То вверх, то вниз Часть 5

Джанни Версаче. То вверх, то вниз Часть 5

Джанни Версаче.  То вверх, то вниз Часть 5
В конце июня на дефиле мужской одежды летнего сезона 1995 года Версаче показал настоящий спектакль, поставленный Уильямом Форсайтом, главным балетмейстером труппы Франкфуртского балета, для которого Версаче создавал костюмы к постановке «Snap woven effort». Пользуясь случаем, Джанни сообщил журналистам последние новости: усиливается контроль за его лицензиями; во-первых, на прямое управление линией детской одежды, которая до сих пор находится в руках предприятия «Simint» и приносит блестящие результаты; во-вторых, фирма приобрела 75 процентов линии «Giver Profumi» и выпустила два новых аромата — «Red Jeans» для женщин и «Blu Jeans» для мужчин. В Милане фирма арендовала 3500 кв. метров на виа Сенато для новых презентаций и 700 кв. метров на виа Монтенаполеоне для нового магазина женской одежды и предметов для дома. Расширялись масштабы деятельности и за границей, новые магазины открылись в Лос-Анджелесе, Денвере и Сиднее.
На Неделю высокой моды в Париже «домашний цирк» Версаче приехал в расширенном составе. Донателла впервые появилась с обоими детьми, восьмилетней Аллегрой и трехлетним Даниэлем. Вот что она рассказывала Сильвии Джакомони для газеты «Repubblica» о том, как она чувствует себя в роли мамы: «Аллегра похожа на меня в детстве, моя мама была портнихой и истинной женщиной. И Аллегра должна понимать, что мода — это красота, а не какие- нибудь пустяки. От моей матери я научилась дисциплине, пониманию того, что долг и удовольствие — это не одно и то же. Этому же я стараюсь научить своих детей. Когда я с ними, я мама на все сто процентов». Джакомони, продолжая разговор, отметила, что именно Донателла ввела в обращение стрейч. Донателла отвечает: «И многое другое, а еще множество аксессуаров. Джанни создает платье, а я придумываю для него такую обувь, сумки и украшения, чтобы оно выглядело вполне в духе времени. Я хочу, чтобы платья были современными, и порой не принимаю каких-то вещей Джанни: например, я раскритиковала платья для кукол Аллегры — слишком много рюшей. Аллегра всегда спрашивает меня: как тебе кажется, это современно? Но, создавая одежду, надо думать не только об этом, я убеждена, что, создавая моду, надо вкладывать в это всю душу». Между тем в Париже, в зале на рю Камбон, Джанни руководил примерками, вносил исправления, звонил незаменимой Бьяджини, снимался вместе с Карлом Лагерфельдом в специальной программе, которая должна была выйти в эфир через несколько дней, беседовал с журналистами. Как всегда накануне дефиле, он был охвачен сомнениями: «Бог весть что это будет за дефиле. Чересчур классическое? Чересчур современное? Дело не в том, что я не умею делать такую же одежду, какую многие делают в Париже. Но мне кажется, что показывать их бессмысленно: все равно что исполнить песню, которую уже все слышали». В помещении крытого бассейна отеля «Риц», под звуки песни «The most beautiful girl in the world», на подиум вышли топ-модели «в инопланетных мини-платьях космических расцветок», как писала Сьюзи Менкес в «Herald Tribune», в репортаже, озаглавленном «Versace’s cyberspace couture».  (Продолжение следует)