# Страницы истории индуизма. Шанкара— теолог индуизма. Часть 5

# Страницы истории индуизма. Шанкара— теолог индуизма. Часть 5

0
Страницы истории индуизма. Шанкара— теолог индуизма. Часть 5

Подобные тенденции Вед многочисленными нитями связывают эти тексты с другими памятниками и течениями древнеиндийской культуры. Таков, например, мотив скелета в буддистской догматике и иконографии, череп в качестве утвари у шиваитской секты капаликов. В философско-религиозном плане этот мотив связан с превознесением поведения отшельника (саньясина), отказавшегося от мирских привязанностей, то есть отождествившего свою жизнь со смертью. Но следует учесть и другие особенности древнеиндийской культуры, в частности, то, что любовные отношения, включая наиболеечувственные их проявления, естественно совмещались в рамках догматики индуизма с иными аспектами жизни, в том числе и культовыми. Такова, с одной стороны, система жизненных целей, предполагающих взаимодействие камы (то есть любви) с дхармой и мокшей, то есть с соблюдением ритуальных обязанностей и освобождением от мирских уз; с другой — роль эротического и даже грубо-натуралистического обрядовых моментов в отдельных культах индуизма. Так, для вишнуизма и шиваизма характерно уподобление души, стремящейся к союзу с богом, невесте, а божественной любви — жениху. В других же культах существовали натуралистические обряды (чоризм), которые требовали даже чело- ских жертвоприношений (культ бога айравы в секте капаликов).

Шанкара пытался возродить древнюю традицию, очистить „истинное” учение Вед от примитивных первобытных суеверий, магических представлений. Став проповедником, странствуя по стране, вступая в споры с руководителями других школ и сект, он пытался упразднять грубейшие культовые формы поклонения (например, богине Шакти в Южной Индии). Согласно преданию, в Декане Шанкара уничтожил непристойную форму богослужения Шиве, а также изуверские обычаи человеческих жертвоприношений секты капаликов.

Вместе с тем деятельность Шанкары, направленная на „очищение” религии, примирение современных ему норм знания и веры с древними текстами и традициями различных школ индуизма, не всегда была успешной, а кое-где осталась и незамеченной. И вот почему. Шанкара ревностно продолжает ведическую традицию и не выходит за рамки единства и отождествления всего и вся. Мир при таком подходе рассматривается в нерасчлененном единстве богов, миров, сил природы и космоса (то есть объективного начала), с одной стороны, и различных органов и функций человека (то есть субъективного начала) — с другой. Человек при таком подходе теряет свое значение как неповторимая личность, не выделяется из космоса, природных явлений (он не более и не менее одушевлен, чем они), божественных сил, отдается на откуп стихиям, хаосу и демонам, а значит, и жестоким ритуалам. Так, в Брихадараньяке Упанишаде мы встречаем уподобление жизненного дыхания Ведам, человека — дереву, корень которого Брахман; сравнение „частей” мира с „частями” речи, обрядов жертвенной церемонии с различными сторонами жизнедеятельности человека проводится в Чхандогье Упанишаде. Кроме того, в Брихадараньяке Упанишаде (как, впрочем,и в других упанишадах) показывается, что учителей упанишад скорее отличает суровость, даже жестокость к ученикам и собеседникам, чем сострадание и симпатия. Можно указать для примера на поучения Яджнявал- кьи (Брихадараньяка), носителя высшего знания, которые завершаются проклятием в адрес его несведущего оппонента Видагдхи Шакальи. Это проклятье заключается в угрозе, что у Шакальи „отвалится голова”, если тот не ответит ему на определенный вопрос. И у неспособного ответить Видагдхи Шакальи действительно отваливается голова, и воры растаскивают его кости. Очень часто „наставники” в соответствии с ходом поучений варьируют свои проклятия, последовательно грозя собеседникам потерей глаз, дыхания, распадом тела и т. д. Вообще, часто в индуистской догматике проклятия, равносильные убийству, не только сопутствуют „высшему знанию”, но и являются источником последнего. (Продолжение следует)

Нет комменатриев

Оставить комментарий