# Воспоминания путешественника прошлого о Гренландии. Продолжение

# Воспоминания путешественника прошлого о Гренландии. Продолжение

default

Воспоминания путешественника прошлого о Гренландии. Продолжение

Стены гренландских фиордов представляют собой отвесные скалы высотой в триста метров и больше. Словно башни, возвышаются они над холодным морем. Другие языки бывают короче, но выше. Кругом море, глубина которого у берегов доходит до километра. Белые пальцы ледников, или, как их называют ученые, языки ледников, выползают с берегов в море. Опускаясь в воду, они загибаются вверх, потому что лед не тонет в воде. Но безжалостные силы продолжают толкать язык, и, наконец, огромные куски его с оглушительным ревом отламываются. И вот только что родившийся айсберг начинает неистово крутиться в воде. стремясь обоести равновесие, а потом долго еще качается, обрушивая на берегисполинские волны. Со временем это чудовище успокаивается и вместе с другими ледяными горами медленно плывет по кристально чистой воде к выходу из фиорда. Такую картину удается увидеть немногим. Айсберги рождаются не часто. Так язык ледника Петеомана, высота которого всего шесть метров, уходит в море на сорок километров и обламывается один раз за пятнадцать-двадцать лет. Издали мне не удалось увидеть на острове никаких признаков жизни. И даже с расстояния нескольких сотен метров от берега империя скал и льда казалась совершенно безжизненной. Передо мною лежала горная страна, где очень мало ровных мест, пригодных для жизни растений и животных. А те немногочисленные площадки, которые там имеются, со всех сторон обдуваются и высушиваются ураганными ледяными ветрами. Но первое впечатление о безжизненности берегов было обманчивым. В этом я убедился, как только ступил на берег. То, что представлялось мне ледяной пустыней, оказалось целым ботаническим кладом. Среди нагромождений валунов, обломков скал и льда раскрылся цветастый и горластый мир. Над головой закружились и незнакомо, странно закричали птицы. Осмотревшись, я увидел, что это были тысячи маленьких гагарок, гнездившихся прямо на берегу. Позже я находил гнезда полярных сов и чаек. Очень скоро я нашел на острове следы северного оленя, увидел белого медведя, зайца, лемминга и, конечно, тюленей. Но меня прежде всего интересовала флора. Я жадно смотрел во все стороны и всюду находил растения. Да какие! Коротко арктическое лето. Но зато все двадцать четыре часа в сутки яркое солнце озаряет этот мир холода и скал, вызывая его к жизни. Не только мох и лишайники, но и травы и даже ярко раскрашенные и пышные дикие цветы виднелись в расщелинах скал. Но какими миниатюрными оказались они здесь! Я испытывал поразительное чувство, глядя на иван-чай с настоящим цветком, не со странно коротким, не более десяти сантиметров, стеблем. Один за другим занимали свои места в коллекции можжевельник, альпийские маки, крупки и многие другие цветковые растения. Собрать их все было, конечно, невозможно. Ведь только мхов в Гренландии около шестисот видов. Не брезговал я и лишайниками. Цепляясь за поверхность самых твердых скал, они выделяют кислоту, которая вытравляет на поверхности камня крошечные ямки. Так лишайники понемногу разрушают скалы и способствуют образованию почвы. Эти растения сплошь покрывают береговые валуны. А в любом углублении, где скапливается влага, растет мох. Я отходил подальше от берега и любовался травами и цветами. Совсем маленькие, в несколько сантиметров высотой, ярко цветут они в море солнечного света. За несколько минут можно набрать целый ворох. Тут и песчанки, и камнеломки, иван-чай, лютики, мак и арктические розы. Словно мощным якорем, держатся они своими корнями за скалы. (Продолжение следует)

Нет комменатриев

Оставить комментарий